Марафонец Гуор Мариал потерял на войне 28 родственников, едва не погиб сам и стал первым южносуданским спортсменом на Олимпийских Играх.
С середины XX века в Судане продолжается гражданская война. Официально она закончилась в 2005-м, в 2011-м государство даже раскололось на две части, но вооруженные столкновения происходят до сих пор. В мясорубке погибли два миллиона человек, еще четыре миллиона – беженцы. Война затронула почти каждую семью, но история Гуора Мариала – нечто адское. Конфликт унес жизни 28 его родственников, в том числе восьми родных братьев и сестер. Кто-то умер от голода и болезней, кого-то жестоко расстреляли арабы севера.
Младшего Гуора ждала похожая судьба: «Голодные и без сна мы постоянно покидали город из-за обстрелов и бежали в джунгли. У нас не было элементарных вещей, чтобы накрыться, хотя лес кишел желтыми комарами и черно-коричневыми бабочками, которые сразу садились на кожу, если она немного кровоточила».
Родители вовремя сообразили: надо отправить сына в столицу Хартум. Там безопаснее. Денег на 600-километровую автобусную поездку в нищей семье не нашлось – парня послали пешком с дядей. Вместе с ними из Бентиу вышла группа беженцев. Голодные, по пути они цеплялись за каждую работу, и 8-летний Гуор не был исключением.
Однажды утром он отдалился от взрослых вместе с мальчиками из группы, чтобы собрать орехи и манго. К ребятам подошли кочевники, которые предложили пищу в обмен на мелкую работу. Согласие превратило детей в рабов. Арабы использовали их в качестве пастухов. Через неделю Мариал бежал, спрятавшись в пещере. Те чувства он помнит даже сегодня:
«Было очень страшно. В пещере я понял, что лучше, чтобы меня съело животное или пристрелил человек, чем снова возвращаться туда, где меня использовали как пленного»
Искать группу и дядю после плена было бессмысленно: все привыкли к потерям и пошли дальше. Гуор повернул назад к родителям, но по дороге наткнулся на офицера. Тот предложил работать по хозяйству – ходить в магазин, готовить, чистить обувь, носить воду для душа. Мариал обрадовался, но когда спросил о первой зарплате, военный запер его дома и никогда больше не выпускал на улицу.
Издевательства продолжались год. До Хартума будущий олимпиец добрался через три года после дяди. Тот работал в неправительственной организации, где помогал беженцам. Переселенцы были с юга – а северяне их ненавидели. Дядю арестовали в 1999-м по обвинению в связи с Народной армией Южного Судана. Во время ночного задержания пострадала вся семья, а Гуору от удара пистолетом в челюсть выбило шесть зубов.
Оставаться в таком беспределе слишком опасно. Тетя поступила правильно: взяла два билета до Египта, где попросила убежище. Через год к ним присоединился дядя – его почти расстреляли: вывезли в пустыню вместе с другими политзаключенными и поставили в ряд. Мужчине повезло: он не получил смертельного ранения, но притворился мертвым. Пересечь одну границу после такого – даже проще, чем умереть от голода.
Через год Мариалу и родственникам предоставили статус беженцев в США. К тому времени Гуор пообещал себе:
«Однажды я бежал, чтобы спасти жизнь. Но я никогда не побегу снова»
Изменить отношение к бегу помог обычный учитель Расти Кофрин, у которого парень жил после переезда дяди из Нью-Гемпшира во Флориду. Кофрин вспоминает, что впервые Мариал появился на дорожке в баскетбольной обуви:
«Мы вышли на разминку. В прошлом я сам был неплохим бегуном, но тогда не догнал его»
Суданец без образования быстро освоился в Штатах: закончил среднюю школу и колледж, где изучал врачебное дело. Тренер, который подобрал бегуна у Кофрина, вспоминал, что Гуор не просто посещал занятия, а постоянно был в учебе:
«Он все время читал: в автобусе, в аэропорту, в самолете, в вестибюле отеля. Когда он не выступал, у него была открыта книга»
Учебу приходилось совмещать с дикими нагрузками: кроме упражнений по ОФП Мариал пробегал минимум 100 миль в неделю. Начались травмы. Тренер связывал это с давним повреждением спины: во время учебы в школе мальчик подрабатывал грузчиком в магазине, и на его спину грохнулся контейнер с водой.
После учебы здоровье восстановилось. Теперь Гуора отвлекала только работа: 20 часов в неделю он трудился санитаром в доме для умственно отсталых. Африканец наращивал дистанции и улучшал время и в октябре 2011-го пробежал первый в жизни марафон. Он сразу выполнил олимпийский норматив, получив возможность выступить в Лондоне.
Проблема заключалась в том, что американцы тянули с выдачей гражданства, Южный Судан еще не был признан МОК, а за Судан отказывался выступать сам спортсмен:
«Если бы я бежал за Судан, я бы предал мой народ. Я бы опозорил два миллиона человек, которые погибли за нашу свободу. Я не гражданин Судана. Это не моя страна. Вы бы смогли представлять Англию, потому что Англия когда-то управляла Америкой? Я бы предпочел отказаться от мечты и ждать еще четыре года, чем выступать за Судан»
Вопрос с Олимпиадой решался девять месяцев. Гуор даже пропустил церемонию открытия, за которой наблюдал по телевизору из США. За несколько дней до марафона МОК выставил Мариала как независимого атлета под олимпийским флагом. Подготовка, конечно, оказалась сорвана, из-за чего бегун занял только 47-е место, но он был счастлив хотя бы финишировать.
Вскоре марафонец впервые за 21 год увидел родителей:
«Я молился, чтобы найти их живыми»
Правда, сначала они прошли мимо, ведь сын сильно изменился, а телевизоры в Судане до сих пор экзотика. Когда маме крикнули, что рядом ее сын, она упала в обморок:
«Все ее тело дрожало. Я чувствовал то же самое. Я замер на минуту. Потом внезапно понял, что мама на земле, опустился на колени, обнял ее и поднял. Она касалась меня и повторяла: «Это ты? Это ты?»
После встречи Гуор сменил фамилию. Теперь он не Мариал (как дядя), а Мадинг Макер (как отец).
В Рио Макер едет под флагом Южного Судана: страна впервые официально представлена на Олимпиаде. Как и в случае с Лондоном-2012, участие спортсмена до последнего находилось под вопросом. Сначала его кинула родная федерация: парню выделили стипендию МОК для подготовки к Играм (он по-прежнему работает только санитаром), а местный комитет потребовал ее себе для честного перераспределения. Гуор отказался, за что его бессрочно дисквалифицировали. Остыли африканцы только после вмешательства из Лозанны.
В начале июля бегуна чуть не добило здоровье. Он отбирался в Рио в Австралии, но на 40-м километре марафона упал из-за понижения уровня сахара в крови. Спортсмен провел в госпитале весь день, а других квалификаций на Игры уже не было. Макер принял поражение, но МОК снова неожиданно вмешался – его допустили.
Электронный хронометраж, Платформа регистрации, timing events
Facebook
RSS