Рекордсменка России в марафонском беге Лилия Шобухова вместе со своим мужем и тренером Игорем настаивают на том, что не нарушали антидопинговых правил.
Заключительным официальным стартом Лилии Шобуховой на сегодняшний день является марафонский забег на Олимпийских играх в Лондоне. Правда, завершить его спортсменке тогда не удалось – из-за травмы пришлось сойти на 23-м километре дистанции. После этого Шобухова приняла решение взять декретный отпуск. Вернуться к соревновательной деятельности марафонка планировала весной 2015 года. Но обстоятельства сложились совсем иначе.
В апреле этого года антидопинговая комиссия ВФЛА дисквалифицировала 36-летнюю спортсменку на основании абнормальных показателей гематологического профиля биологического паспорта. Самое интересное и непонятное в этой истории – сроки дисквалификации. Она начинается 24 января 2013 года, а заканчивается 23 января 2015-го. При этом аннулируются все результаты с 9 октября 2009 года. Таким образом, под санкции попали все основные достижения Шобуховой: три подряд победы на Чикагском марафоне (2009-2011) и триумф на Лондонском (2010).
– Для нас это известие стало шоком, – заявил Игорь Шобухов. – Мы категорически не согласны с обвинениями. Будем до последнего отстаивать свои права. Все документы для подачи в CAS уже готовы. Плюс к этому, вскоре мы встретимся с одним из руководителей WADA и все обсудим. Вопросов на самом деле немало. Например, очевидна несправедливость по срокам наказания. Совершенно непонятно, откуда взяты все эти даты. По тем бумагам, которые нам предоставили, дисквалифицировать Лилю должны были с 2011 года. Будем разговаривать.
– Будете уповать именно на несправедливость сроков?
– Нет, на снятие обвинения в целом.
– Есть прецеденты, на которые вы можете опереться?
– Нет, но и случай у нас неординарный. Дошло до того, что сейчас организаторы не допускают российских марафонцев до стартов. Говорят, с вашей федерацией много сложностей. Более того, теперь появляются контракты, в которых прописан пункт, согласно которому спортсмен, если его впоследствии дисквалифицируют за допинг, должен вернуть призовые.
– А сейчас разве не так?
– Я удивился, когда появились сообщения, будто Лиля должна вернуть деньги за победы пятилетней давности. Ни один марафон не сможет отсудить эти призовые. При этом непонятно, откуда взялась сумма в 1 миллион 700 тысяч. Если кто-то самый умный и догадался суммировать общий призовой фонд, то должен знать, что организаторы, например, Лондонского марафона оставляют себе 30 процентов. Плюс идут отчисления менеджеру. Есть другие статьи расходов. Но это все равно не важно, поскольку юридически с нас ничего взыскать не могут в любом случае. Тем более что мы чисты. Даже если кто-то из организаторов решит судиться – это бесполезно.
– Правильно понимаю, что с Всероссийской федерацией легкой атлетики общего языка вы не нашли?
– О помощи речи не идет. Более того, возникает вопрос: если ВФЛА была в курсе каких-то проблем, почему нам никто ничего не сообщил сразу? Люди могли бы поинтересоваться мнением лучшей марафонки страны. У нас ведь не нашли какой-то запрещенный препарат! Дело в отличии показателей крови в разные периоды времени. Но федерации нет до этого никакого дела – они требуют, чтобы мы подписали признание вины и согласие с дисквалификацией. Таким образом, они хотят огородить себя от возможных проблем. Ведь если бы мы сделали это, не смогли бы подать протест.
– Вы сказали "требовали" подписать признание. Прямо так?
– На нас пытались оказывать давление, разговор шел на повышенных тонах, но они вовремя поняли, что со мной такой номер не прокатит. Еще немного, и дело дошло бы до кулаков… Смешно, но они даже увольнением грозили.
– Не уволили?
– Звонила девушка из Москвы, говорила, нужно забрать трудовую и написать заявление об уходе по собственному желанию. Я объяснил ей, что логичнее сначала попросить у руководства официальные бумаги с подписями о нашей дисквалификации. Иначе, если меня уволят, а потом нас оправдают, можно будет смело подать на них в суд. Она все поняла, больше никто не трогал.
– Жесткую позицию федерации вы считаете необоснованной?
– Если проанализировать ситуацию, то можно заметить, что ежемесячно дисквалифицируют не менее двух спортсменов. Видимо, у кого-то в этом есть свой интерес. При этом заметьте, ни одного спортсмена они не защищают – вне зависимости от заслуг и обстоятельств. Даже олимпийских чемпионов. Я разговаривал со знакомым, который сейчас отбывает дисквалификацию. Ему сказали: либо вы ставите подпись и признаете свое вину, и вас дисквалифицируют на два года, либо стоите на своем, получаете четыре года, и мы в дальнейшем ничем помогать не будем. Он испугался и согласился. А мы – нет.
– Почему?
– Если бы мы были виновны, ничего подобного не затеяли бы. Кому понравится, когда его ни за что обливают грязью с ног до головы? Все выглядит очень странно. Вот скажите, если нас начали подозревать в 2011 году, то зачем тогда допустили до Олимпийских игр? Не настораживает?
– Вы можете гарантировать, что Лилия не принимала запрещенных препаратов?
– Абсолютно! Иначе мы не стали бы поднимать такой шум. У нас ничего не нашли, есть лишь разница в показателях крови. Не знаю, откуда она, но цифры отличаются незначительно. Возможно, дело в перепаде высот – одну пробу у нас брали, когда мы тренировались в Кисловодске. А когда контроль проводило РУСАДА, Лиля болела. Очевидно, что гемоглобин у нее тогда был ниже уровня. В общем, если бы федерация хотела разобраться в чем дело, мы давно бы объяснили свое видение ситуации.
– Чем до окончания разбирательств будет заниматься жена?
– Тренироваться! Нам нужно делать свою работу, а чиновникам – свою.
Facebook
RSS